Сеанс одновременной игры. Юрий КИРИЕНКО-МАЛЮГИН
Люблю играть в шахматы. Это ещё с юности. Посещал тогда шахматный кружок. Добрался до первого разряда.
Однажды отдыхал в пансионате, на Клязьме. С утра собрался покататься на лыжах. Но вот в номер вошли два новых отдыхающих. Поздоровались. Они сразу предложили отметить встречу. Я отнекивался. Был уже в лыжном костюме и лыжи в руках. Но мужики оказались напористые: «Обижаешь, говорят».
Я им сообщаю, что ещё в шахматы сегодня в одиннадцать часов играть в сеансе одновременной игры с приезжим мастером.
- Надо застимулироваться, говорит один из них. – Сто грамм не повредит. На лыжах проветришься.
Пришлось согласиться на 70 грамм. Чокнулись, стаканами, конечно. Закусил я малость. И говорю: «Всё поехал на лыжню»
Прокатился по лыжне, попрыгал с небольших бугров-трамплинов. В общем, просветлело в голове. Пришёл с лыжами в фойе пансионата. Шахматы уже расставлены. Сел за свободный столик.
Перед сеансом мастер рассказал о новостях в шахматном мире. Кто – сильнее, кто – слабее. Объявил свободную тему. Я задал мастеру случайно провокационный вопрос: «А Вы никогда не проигрывали любителям и незнакомцам».
- Никогда – был ответ. Мастер посмотрел на меня с интересом.
Мастер объявил о начале сеанса и начал обход столов, двигая пешки, то на е4, то на d4. Я решил, что мастер меня запомнил, попробует разгромить. Действительно. Он пошёл е4. Я в то время играл социлианскую защиту за чёрных. Но решил ответить е5 и заманить его на королевский гамбит, который я знал очень хорошо. Мастер пошёл пешкой на f4 . Королевский гамбит, острый вариант. Я взял пешку на f4. Если играть правильно, то чёрные, вцепившись в пешку и выведя слона на g7, получают хорошую позицию по дебюту. Так и случилось. Всё шло по теории до 10-го хода. Затем мастер применил манёвр конём, неизвестный ранее и провоцирующий
44
чёрных на активность. Я понял психологический ход мастера и решил не спешить. Вывел с ферзевого фланга «подзастрявшие» фигуры. Мастеру ничего не оставалось, как обострить позицию жертвой второй пешки и вынудить меня сделать ошибку. Пешку я не стал брать, а пошёл в атаку на королевском фланге. Мастер обходил столы быстро. Ряд «слабых» любителей проигрывали, получая мат или сдавались, потеряв фигуры и пешки. Оставалось за столиками 5 человек. Я приготовил важный ход, но решил чуть подумать. При подходе мастера попросил его пропустить мой ход до следующего захода. Но Мастер не согласился. Я сделал задуманный ход. Мастер сразу ответил в расчёте на мой быстрый ответ. Но я стал думать и мастер пошёл дальше на круг.
Перепроверив быстро вариант, я в следующую очередь быстро сделал свой ход и на очевидный ответ - свой ход с последующим матом в два хода.
Мастер ничего не сказал, смешал фигуры, меня не поздравил с победой и ушёл к следующему противнику. То есть он проиграл. Но неэтично поступил. Как при социализме не всякий.
Пришёл я домой и сочинил стихотворение, где мастера поднял до гроссмейстера. Кое что прифантазировал. но это же Поэзия и литература. Вот моё шахматное. Как я играл с гроссмейстером.
Сеанс одновременной игры
Клуб в работе без заминок,
Гросс зовёт на поединок.
Прячет в физию усмешку:
Чую видит во мне пешку.
Гросс плюс мейстер – не дурак.
Но и я играть мастак.
Признан был без лишних слов
Чемпион средь дураков.
Разыграли мы начало.
Сто чертей его б качало!
Пешки жрёт, как супостат,
Жаден, видно, этот хват.
Любит он дебют испанский
Ну а я – старославянский.
Если гляну из подлобья,
Так заказывай надгробья.
Поединок будет жарок.
Я, кончено, не подарок.
Стоит мне чуть разозлиться,
До победы буду биться.
Надоели очень штили,
Если это миттельшпили.
Лезу к Гроссу в середину.
Он напрасно корчит мину.
Сунул Гроссу я ферзя,
Подавился бы зазря!
Да, хватает всё подряд,
Как завзятый супостат!
Потому плевать на дуру,
Сунул в пасть ещё фигуру.
Жму, ну как индийский слон,
Я на вражий бастион.
Шепчут мне друзья: «Цугцванг!»
Уважаю Гроссов ранг!
Я б налил Гроссу бадью,
А пока дарю ладью.
Мне не жалко: всё отдам.
Надо отворю Сезам!
Гросс бы понял, лоб сверля:
Отдаю – не для себя.
Наступил тут вроде штиль,
Я загнал его в эндшпиль.
Делаю из ничего потешку:
Рвусь в ферзи последней пешкой.
Шёпот слышу: «Ну, как Рети!»
Тот в ферзи, наверно, метил.
Тут друзья кричат: «Ничья!»
Гросс признал: «Она – моя!»
Шахматы дружат с фантазией. Надеюсь, гроссмейстер не обидится.
Перепечатано из авторской книги «Очевидное и невероятное», Изд. «Старт», г. Рязань, 2019, передана на Московский областной конкурс им. Пришвина в 2019 году.